
Владимир Павлович Резников ходит на Подсиненское кладбище полвека — чтобы просто побыть рядом с мамой. Для него это не просто визит к могиле, а тихая традиция, маленький ритуал памяти, который связывает его с прошлым. И вот теперь даже этот скромный уголок привычной жизни оказался под ударом.
На днях Владимир Павлович пришёл на кладбище, как обычно, и увидел: привычные ворота, те самые, что напротив автобусной остановки, наглухо заварены. Для 85-летнего мужчины это стало настоящей преградой. Привычный маршрут, который он проходил за пару минут от автобусной остановки, теперь превратился в долгий и тяжёлый путь: нужно идти до центрального входа и делать огромный круг. В какой-то момент Владимиру Павловичу даже пришлось перелезать через забор — сил на обходной путь просто не хватало.

«21-го числа я побыл у своих родителей, думаю, пройду здесь, подошёл к воротам, а ворота закрыты и всё заварено. Я не знаю, для чего заварили эти ворота. Не знаю до сих пор», — с горечью рассказывает пенсионер.
Проблема касается не только Владимира Павловича. У заваренных ворот в недоумении и другие посетители кладбища. Для многих этот вход был единственным удобным путём к местам захоронения родных.

Один из прохожих, торопясь на автобус, с досадой махнул рукой: «Тут всё заварено! А как быть? Теперь только в ту сторону проходите, через ворота. А зачем заварили? Вот и я уже не знаю…»
Сам Владимир Павлович уверен: можно было найти решение, не перекрывая путь наглухо.
«Раз ворота не нужны, можно поставить сюда вертушку, чтобы она крутилась и люди проходили: подошли, раз крутанули, прошёл и вышел дальше. Я не знаю, можно так сделать?» — рассуждает он.
В ритуальной службе пояснили: ворота заварили из-за того, что люди стали массово вывозить мусор к территории кладбища. Там пообещали дать подробный официальный комментарий, но после этого перестали выходить на связь. Ранее они рассказывали, что с начала этого года вывезли с кладбища более тысячи двухсот тонн мусора, который привозят сюда дачники. Годом ранее - 1450. Это накладно. Бороться с людьми сложно.

Сейчас для Владимира Павловича каждый визит на кладбище — это не только встреча с памятью о маме, но и испытание на прочность. И больше всего его ранит даже не сама дистанция, а то, что привычный, годами выстроенный путь вдруг оказался закрыт — без объяснений, без учёта того, как это ударит по людям, для которых каждый шаг теперь даётся тяжелее.